ФНС заподозрила музыкальный лейбл в подмене трудовых отношений. Под угрозой были доначисления на 3,5 млн рублей
Наш клиент — музыкальный лейбл, работающий с рядом известных российских исполнителей. Reasons на постоянной основе сопровождала его юридическую работу, в том числе выстраивала договорные отношения с авторами, музыкантами и другими специалистами, которых лейбл привлекал под отдельные проекты.
В музыкальной индустрии не всегда бывает так, что над каждым релизом работает одна и та же постоянная команда. Сегодня нужен битмейкер и автор текста, завтра дизайнер, стилист или специалист по продвижению. Поэтому лейблы регулярно привлекают независимых исполнителей под конкретные задачи.
Эту специфику мы учитывали еще при подготовке договоров. Отношения с исполнителями изначально оформлялись так, чтобы документы соответствовали реальной модели работы лейбла и не содержали искусственных признаков трудовых отношений.
Через некоторое время именно эта модель заинтересовала налоговую.
В музыкальной индустрии не всегда бывает так, что над каждым релизом работает одна и та же постоянная команда. Сегодня нужен битмейкер и автор текста, завтра дизайнер, стилист или специалист по продвижению. Поэтому лейблы регулярно привлекают независимых исполнителей под конкретные задачи.
Эту специфику мы учитывали еще при подготовке договоров. Отношения с исполнителями изначально оформлялись так, чтобы документы соответствовали реальной модели работы лейбла и не содержали искусственных признаков трудовых отношений.
Через некоторое время именно эта модель заинтересовала налоговую.
В чем была проблема
В начале 2023 года клиент получил уведомление ФНС о вызове на заседание рабочей группы.
Налоговая проверяла отношения лейбла с 12 самозанятыми, которым за 2021–2022 годы было выплачено 8 825 754 рубля. Инспекция предположила, что гражданско-правовые договоры могли использоваться для подмены трудовых отношений и снижения НДФЛ и страховых взносов.
В уведомлении возможное занижение налоговой базы предварительно оценивалось в 2 391 779 рублей по страховым взносам и еще 1 147 348 рублей по НДФЛ.
Для клиента вопрос был шире возможных доначислений. Если бы налоговая признала исполнителей фактически работниками лейбла, под сомнение могла попасть сама модель привлечения специалистов под отдельные музыкальные проекты.
Подобные споры мы сопровождаем в рамках налоговой практики Reasons, включая проверки, требования ФНС и споры о переквалификации отношений с контрагентами.
Налоговая проверяла отношения лейбла с 12 самозанятыми, которым за 2021–2022 годы было выплачено 8 825 754 рубля. Инспекция предположила, что гражданско-правовые договоры могли использоваться для подмены трудовых отношений и снижения НДФЛ и страховых взносов.
В уведомлении возможное занижение налоговой базы предварительно оценивалось в 2 391 779 рублей по страховым взносам и еще 1 147 348 рублей по НДФЛ.
Для клиента вопрос был шире возможных доначислений. Если бы налоговая признала исполнителей фактически работниками лейбла, под сомнение могла попасть сама модель привлечения специалистов под отдельные музыкальные проекты.
Подобные споры мы сопровождаем в рамках налоговой практики Reasons, включая проверки, требования ФНС и споры о переквалификации отношений с контрагентами.
Почему мы были уверены в договорной модели
К моменту вызова в налоговую мы уже хорошо знали бизнес клиента. Reasons сопровождала лейбл на постоянной основе, а договоры с исполнителями, которые заинтересовали ФНС, ранее готовились с нашим участием.
Поэтому риск переквалификации гражданско-правовых отношений в трудовые не стал для нас неожиданностью. Мы учитывали его еще на этапе построения договорной модели.
В договорах работа была привязана к конкретным услугам и результатам, а не к постоянной трудовой функции. Исполнителям не устанавливался рабочий график, для них не создавались рабочие места, они использовали собственное оборудование и привлекались тогда, когда у лейбла возникала соответствующая проектная задача.
Это имело принципиальное значение. Когда ФНС запросила договоры, нам не пришлось срочно придумывать объяснение, почему отношения с исполнителями якобы не являются трудовыми. Мы представляли налоговой документы, которые были подготовлены задолго до проверки именно с учетом этих рисков.
Как в реальности работал лейбл
Мы дополнительно восстановили отношения с каждым из исполнителей и подтвердили, что договорная конструкция соответствовала фактической работе.
Один специалист создавал биты для конкретных музыкальных произведений, другой писал музыку, отдельные исполнители занимались текстами песен, графическим дизайном, подбором образов для фотосессий и продвижением релизов.
Например, один из самозанятых привлекался трижды именно для подготовки битов к конкретным композициям. Другой подключался по мере возникновения необходимости в создании музыки. Отдельно работали авторы текстов, дизайнеры, стилист и специалист по промо-поддержке на музыкальных площадках.
Для музыкального бизнеса такая модель вполне естественна. Лейблу не нужен стилист или автор определенного произведения восемь часов в день пять дней в неделю. Он нужен тогда, когда появляется конкретный артист, съемка, релиз или другая задача.
Но одной ссылки на специфику индустрии недостаточно. Нужно было показать, что именно так отношения работали на практике.
Как мы защищали клиента
Наша позиция строилась не вокруг формального аргумента о том, что все исполнители имели статус самозанятых. Сам по себе статус плательщика НПД еще не исключает претензий налоговой.
Мы показывали совокупность обстоятельств.
Исполнители выполняли конкретные проектные задачи, использовали собственное оборудование, лейбл не организовывал для них рабочие места и не устанавливал режим рабочего времени. Многие услуги носили временный характер, а результаты фиксировались техническими заданиями и актами.
Отдельно подтвердили, что спорные исполнители ранее не состояли с компанией в трудовых отношениях. Часть специалистов работала и с другими заказчиками, а при заключении договоров компания проверяла наличие у них статуса плательщика НПД.
Мы подготовили письменные пояснения, собрали подтверждающие документы и представляли интересы клиента при взаимодействии с налоговой.
По сути, в ФНС мы защищали не конструкцию, созданную уже после возникновения спора, а ту модель отношений, которую сами помогали клиенту выстраивать в ходе постоянного юридического сопровождения.
Мы показывали совокупность обстоятельств.
Исполнители выполняли конкретные проектные задачи, использовали собственное оборудование, лейбл не организовывал для них рабочие места и не устанавливал режим рабочего времени. Многие услуги носили временный характер, а результаты фиксировались техническими заданиями и актами.
Отдельно подтвердили, что спорные исполнители ранее не состояли с компанией в трудовых отношениях. Часть специалистов работала и с другими заказчиками, а при заключении договоров компания проверяла наличие у них статуса плательщика НПД.
Мы подготовили письменные пояснения, собрали подтверждающие документы и представляли интересы клиента при взаимодействии с налоговой.
По сути, в ФНС мы защищали не конструкцию, созданную уже после возникновения спора, а ту модель отношений, которую сами помогали клиенту выстраивать в ходе постоянного юридического сопровождения.
Результат: Основные претензии налоговой удалось снять.
ФНС проверяла отношения с самозанятыми, которым за два года было выплачено более 8,8 млн рублей, и предварительно оценивала возможные доначисления по НДФЛ и страховым взносам в 3,54 млн рублей, не считая возможных пеней и штрафов.
После представления нашей позиции итоговая сумма, которую заплатил клиент, составила 20 000 рублей.
При этом лейблу не пришлось отказываться от самой модели работы с независимыми специалистами и переводить всех участников музыкальных проектов в штат.
После представления нашей позиции итоговая сумма, которую заплатил клиент, составила 20 000 рублей.
При этом лейблу не пришлось отказываться от самой модели работы с независимыми специалистами и переводить всех участников музыкальных проектов в штат.
Для лейблов, продюсерских центров и артистов работа с независимыми исполнителями является нормальной частью бизнеса.
Авторы, битмейкеры, саунд-продюсеры, дизайнеры, фотографы, стилисты и специалисты по продвижению действительно могут подключаться под отдельные проекты. Однако статус самозанятого сам по себе не является страховкой от налоговых претензий.
Именно поэтому юридическое сопровождение музыкального проекта не должно ограничиваться проверкой одного договора. Мы подробнее разбирали эту логику в материале о том, когда артисту действительно нужен юрист.
Нужно понимать всю модель работы. Кто создает музыку и контент, кому принадлежат права, как оформляются отношения с авторами и подрядчиками, каким образом выплачивается вознаграждение и насколько документы соответствуют тому, что происходит в реальности.
В этом проекте Reasons сопровождала лейбл на постоянной основе. Мы готовили договорную базу для работы с исполнителями, учитывали налоговые риски еще до появления претензий ФНС, а когда проверка все-таки началась, сами защищали выстроенную модель перед налоговым органом.
Именно так, на наш взгляд, и должно работать постоянное юридическое сопровождение бизнеса: не только решать уже возникшие проблемы, но и заранее создавать позицию, которую потом не страшно показать банку, контрагенту, суду или налоговой.
Авторы, битмейкеры, саунд-продюсеры, дизайнеры, фотографы, стилисты и специалисты по продвижению действительно могут подключаться под отдельные проекты. Однако статус самозанятого сам по себе не является страховкой от налоговых претензий.
Именно поэтому юридическое сопровождение музыкального проекта не должно ограничиваться проверкой одного договора. Мы подробнее разбирали эту логику в материале о том, когда артисту действительно нужен юрист.
Нужно понимать всю модель работы. Кто создает музыку и контент, кому принадлежат права, как оформляются отношения с авторами и подрядчиками, каким образом выплачивается вознаграждение и насколько документы соответствуют тому, что происходит в реальности.
В этом проекте Reasons сопровождала лейбл на постоянной основе. Мы готовили договорную базу для работы с исполнителями, учитывали налоговые риски еще до появления претензий ФНС, а когда проверка все-таки началась, сами защищали выстроенную модель перед налоговым органом.
Именно так, на наш взгляд, и должно работать постоянное юридическое сопровождение бизнеса: не только решать уже возникшие проблемы, но и заранее создавать позицию, которую потом не страшно показать банку, контрагенту, суду или налоговой.
Что этот кейс показывает музыкальному бизнесу
Другие наши успехи вы сможете увидеть, если перейдете https://reasons-law.ru/case/